Правое дело трещит по швам

Один из трех лидеров партии, Борис Титов, предложил двум другим коллегам-сопредседателям уложить с себя полномочия. Титов, помимо того, считает, что Федеральный политсовет должен созвать внеочередной съезд, на котором следует найти решение вопросительный мотив об изменении структуры руководства «Правым делом».
Иначе, предрекает Титов, крах партии неминуем, и основополагающий день рождения (скоро «ПраДе» исполняется год) может запросто сделаться последним.
По Титову выходит, что три сопредседателя действуют, как персонажи известной басни Крылова – тянут в разные стороны, оставляя партийный воз на месте. «Наша короткая история показывает: «триумвират» не работает. Три сопредседателя без труда договариваются о том, чего совершать не надо, но о том, что нужно действовать – так ни разу и не договорились», – бичует коллег Титов.
Значит ли это, что короткая и бойкая песня «Правого дела» спета?
Ирина Хакамада: Бизнесу в партии оказалось не чересчур удобно
Вот что думает по поводу происходящего экс-член политсовета СПС - предшественницы «Правого дела» - Ирина Хакамада.
«СП»: – Ирина Муцуовна, отчего пошли трения в «Правом деле»?
– Две организации – «СПС» во главе с Гозманом, и «Деловая Россия» с Титовым – по корням происхождения, целям и методам работы как пить дать разные. «СПС» привыкла быть политической силой, пускай более того комфортной, но со своими амбициями. А «Деловая Россия» с Титовым была лоббистская общественная организация представителей среднего бизнеса. Она привыкла не выступать с политическими лозунгами, а пунктуально лоббировать интересы по снижению налогов. Конечно, на конфликт они были обречены.
«СП»: – Для чего же они год вспять объединились, на что они надеялись?
– Объединились потому, что было распоряжение сверху. Кремль решил сотворить что-то тихое, правое, комфортное, и порушить другие правые организации. Пусть слабые, но все одинаково неприятные. Когда «СПС» и «Деловая Россия» почувствовали ресурсы под такое объединение, они решили, что займут нишу либеральной ручной оппозиции, и пройдут в парламент. Прагматичная цель, в рамках ручной демократии – для них.
«СП»: – Но не сложилось?
– Не сложилось пока, да. Но у Кремля все сложилось. Они зарегистрировали слабых игроков – «Яблоко» и «Правое дело», и в настоящий момент эту нишу никто занять не может. У Кремля все получается.
«СП»: – Но цель-то была – парламент. Почему сейчас, когда она ещё не достигнута, в партии возникает внутренний раскол. Уж как-то дотерпели бы, и занялись дележкой. Сейчас-то чего делить?
– Думаю, это связано с тем, что в текущее время идет кампания по выборам в Мосгордуму. И те, кто в ней участвуют – нехай «Правое дело» не зарегистрировали – поливают Лужкова. Бизнесу это не весьма удобно, вот Титов и делает такие заявления.
«СП»: – То есть это – цунами в стакане?
– Да, оттого что коммерциал идет в политику чаще всего находить решение свои задачи.
«СП»: – На ваш взгляд, у «Правого дела» какой путь, и есть ли он вообще?
– Ну, дорога у них один. Они будут вариться в собственном соку, будучи зарегистрированной партией. И бороться, кто кого перетянет: «Деловая Россия», например, без Титова, или все-таки Гозман. Вот и все. Но регистрация есть, вследствие этого они будут трепыхаться.
«СП»: – Но в конечном итоге, вы считаете, будет единственный лидер?
– Думаю, да, с сопредседательством у них покуда не получается. Это вообще нечасто получается.
Андрей Богданов: Выиграть мартовские выборы – или обоср..ться
Не спешит погребать «Правое дело» и один из основателей партии, формально рядовой член ее московской организации, экс-кандидат в президенты России Андрей Богданов. Хотя считает, что партию надобно переименовать в «Правую Россию».
– Я бы не сказал, что партия кончается. Есть полно членов партии, региональные организации – все работает и действует. Я бы посоветовал нашим сопредседателям прекратиться заниматься обливанием грязью приятель друга, а густо поучаствовать в мартовских выборах. В марте в регионах проходит немало избирательных кампаний в местные парламенты. Я считаю, каждому сопредседателю необходимо забрать себе по региону, возглавить списки, и провести в региональные парламенты депутатов.
Это будет настоящим делом, с одной стороны. С иной – всякий сможет явить свойский электоральный ресурс, сколь люди воспринимают его в регионах. Чтобы на основании этих результатов претендовать на лидерство в партии, на лидерство в списке партии на выборах в Госдуму-2011.
«СП»: – Почему получилось, что на выборах в Мосгордуму партии не видно?
– Сопредседатели грызлись между собой и не договорились. Московская организация единогласно предложила свою тройку. С ее составом не согласился любой сопредседатель в отдельности, оттого список не пошел.
«СП»: – Вы считаете, партия пробьется в Госдуму?
– Я уверен в этом. Это покажут мартовские выборы. Если на них партия потерпит поражение, сопредседатели будут сами вынуждены оставить – по собственному желанию. Так, прошу прощения, обоср...ться и не покинуть – будет ниже их достоинства.
Алексей Макаркин: Дееспособность и электоральные возможности крайне сомнительны
Мы попросили прокомментировать ситуацию вице-президента Центра политических технологий Алексея Макаркина:
– Скоро ли умрет партия – не знаю. Партия может быть и в довольно плачевном состоянии. Существуют оттого что «Патриоты России», «Яблоко». Но электоральные возможности «Правого дела», действительно, шибко сомнительны. С самого начала была недееспособной конструкция трех сопредседателей.
Плюс к тому, имелся единый строй других узких мест. Например, в московском отделении партии ключевую образ играет Андрей Богданов, бывший вождь Демократической партии России. У большинства эспеэсовцев, понятно, отношения с ним плохие. Богданов был для них «спойлером» в 2007 году. Но что делать, если московское отделение «Правого дела» создано на базе ДПР?!
Кремль патронировал «Правое дело», что и обусловило все эти моменты. Например, московское отделение было организовано таким способом, думаю, для того, чтобы не располагать даже ситуационных коалиций с «оранжевыми». Если надо было совершить так, чтобы партия не находилась в вертикальной оппозиции, – проблема выполнена. Если же ставилась задача электоральных результатов, политического продвижения – с таким составом она не могла быть выполнена.
Те же противоречия в ситуации с Чичваркиным. Партия, по идее, должна оберегать своего. Но в то же время, Чичваркин находится в конфликте с государством. И если партию патронирует Кремль, партия не может энергично участвовать в защите.
Потом, факт, что Кремль патронирует «Правое дело» не означает, что он отказался от своих главных политических ставок. А основная ставка – это «Единая Россия». Когда сопредседатель «Правого дела» Титов попытался аффилировать «Деловую Россию», которую он возглавлял, с правыми, он на практике сию минуту потерял руководство в «ДР». Потому что «ДР» может быть, по идеологии Кремля, близка только к «Единой России».
У Кремля есть и вторая партия – «Справедливая Россия». Так что, если изрекать о «Правом деле», она в этой очереди только третья, и никаких эксклюзивных ставок на нее не делалось. Ей позволили сформироваться, она была зарегистрирована – но не больше того.
У партии нет даже иммунитета снятия с выборов. Выборы в Мосгордуму это показали: словно бы бы системных правых снимали так же активно, как внесистемную «Солидарность». А история Чичваркина показала, что у бизнесмена, тот, что вошел в руководство партии, нет иммунитета. А тогда какие стимулы для членства?!
Понятно, с такими характеристиками партия практически разом оказалась в кризисе. Честолюбивые регионалы в нее не идут. Если им не досталось места в «Единой России», они будут работать карьеру посредством эсеров, может быть, даже сквозь ЛДПР, но не через правых.
Я даже не знаю, как изменить ситуацию. Если ввести институт единства председателя, в партии будет раскол. Если дистанцироваться от Кремля, партия может затерять даже те слабые возможности, которые у нее есть.
Стать партией Медведева – наверное, таковой вариант был бы возможен, если бы у «Правого дела» была своя электоральная база. Но ее нет.
Наше либеральное сообщество достаточно большое. Но умеренные его представители давнехонько вошли в «Единую Россию». Радикальные находятся во внесистемной оппозиции. В первую очередность – в «Солидарности». Для них правые – сверх меры прокремлевский проект, тогда как для умеренных – мало кремлевский. Сходные процессы и посреди потенциальных избирателей.
В любом случае, Медведев в первую очередь будет базироваться на «Единую Россию», которая консолидировала элиту.
Правые проходили у нас в Думу только в 1999 году, когда вошли в союз с Кремлем. Кремлю нужно было тогда максимально ослабить блок «Отечество – Вся Россия», и правые получили максимум возможностей в СМИ. Сейчас у них нет и подобия таких возможностей.
Поэтому перспективы партии довольно сомнительные.

Keywords: