Бездумство храбрых фракций

Три думских фракции выразили недоверие избирательной системе, хлопнули дверью нижней палаты и потребовали вмешательства президента. В Думе остались заседать одни единороссы, собравшие 11 октября щедрый урожай мандатов по всей стране. Кем срежиссирован бунт ручной оппозиции? Кого подводят под удар? Что предпримет Дмитрий Медведев? И близок ли крах системы псевдовыборов? Мнения Кирилла Рогова, Георгия Сатарова, Дмитрия Орешкина, Николая Петрова и Евгения Киселева.

Кирилл Рогов, работник Института экономики переходного периода, политический обозреватель:

Выборы, которые состоялись, разумеется, выборами не были. В нашей стране выборы не проводятся уже немного лет и то, что происходит, не соответствует демократическому стандарту. Это традиционные "голосовалки", характерные для авторитарных и полуавторитарных режимов.

Несомненно, тот самый демарш связан не столь с общей проблемой демократии в стране, сколь с определенными расколами, происходящими внутри политической элиты и тех, кто стоит на вершине политической пирамиды. Зачинщиком выступил господин Жириновский, тот, что достаточно верно просчитывает свои действия в соответствии с конъюнктурой. Я думаю, что это обстоятельный демарш супротив "Единой России" и тех групп в политическом руководстве, которые опираются на нее. Судя по всему, он должен усилить воздействие Медведева, в частности, его влияние в парламенте, так как выступившие с этим демаршем фракции обращаются к нему и собираются встречаться с ним.

Это любопытный разворот во внутриклановой борьбе, который показывает только то, что монолит вертикали власти на фоне резкого ухудшения экономической ситуации и предстоящего ещё больше резкого ухудшения дает трещину и что конфликты в нем неизбежны.

В той или другой степени эта обстановка была срежиссирована, демарш Жириновского не был спонтанным и несогласованным. Это некая внутрикремлевская интрига, в которой под ударом, в частности, находятся Сурков и руководство Центризбиркома.

Георгий Сатаров, президент общественного фонда "ИНДЕМ":

С моей точки зрения, это замечательно, это в действительности первое проявление нормальной политической позиции, интересы бунтарей полностью понятны, но важен сам факт. Я сомневаюсь, что это может вручить какой-то эффект, вследствие того что что наша верховная политическая элита не любит творить опасные для себя прецеденты, что она не раз доказывала.

Поскольку федеральная верх довольно монолитна, не разрешено исключать, что могут возникнуть такие фракции (фракции не в политическом смысле, а в химическом), которые решат употребить этой ситуацией для атаки на Лужкова, это совершенно вероятный сценарий. Даже если реакция будет аккурат такой, это все одинаково будет полезно, это создаст прецедент, в этом месте существенны не мотивы, а реальные действия.

Как поведет себя Медведев? Он в прошлом всего побежит советоваться с патроном и будет работать то, что скажет патрон.

Дмитрий Орешкин, политолог:

Мне вечно было немаловажно понять, где лежит предел допустимости, до какой степени позволительно прогибаться, а до какой нельзя. Скажем, на 20 процентов выборы разрешено фальсифицировать, а на 80 уже нельзя. В Чечне разрешается на 100 процентов, а в Москве всего-то на 25 попробовали - и получился вот этакий скандал. Понятно, что Дума вся ручная донельзя, понятно, что все туда пришли по решению Кремля, понятно, что они там готовы ноги власти мыть и воду пить. И внезапно питьё становится чрезмерно густым и их начинает тошнить, и самое интересное - схватить этот момент.

Для меня это неожиданно, в этом смысле я был близок к позиции "Единой России": думал, что их не возбраняется нагибать, нагибать и нагибать, выплачивать им суточные, чтоб они эти суточные забирали и руки облизывали еще при этом. Оказывается, нет, у депутатов еще сохранилось какое-то ощущение собственного достоинства. Это не по правилам "Единой России", это не предусмотрено сценарием.

Конечно, этот "бунт на коленках" будет умиротворен и подавлен и все они будут возвращены в лоно матери-церкви, но это многое значит. Г-н Чуров возмущается и говорит: это политика. Может быть, г-н Чуров не знает, но выборы - это вообще политика. Он привык, что политика - это плохо, а он легко пишет цифры, все кланяются и благодарят. Он выполняет политическую задачу, которую озвучил еще в начале своего руководства: Путин завсегда прав.

Похоже, власть сочла, что можно это совершать "до без конца", но все-таки у человека есть какой-то самое меньшее самоуважения. Всем очевидно, что выборы фальсифицированы, это более того аргументировать на надо, это видно на ладони - каждому, кто не хочет прикрыть глаза. И вот наступил день гнева, миг неприятия. Он не мог не наступить, в силу того что что если развивать эту модель дальше, необходимо лагеря строить. Поскольку депутатам этим не угрожают, они сохраняют чувство собственного достоинства, в основном мужского. Это хорошо, это знак того, что настал край, что люди все-таки у нас еще живые.

Хотел бы кинуть булыжник в адрес либеральной общественности. Когда они говорят, что в Думе все продано и куплено, - это правильно, но даже таковой косой парламент, куда приходят сквозь кривые выборы, значительно лучше, чем отсутствие парламента. У людей есть интересы. Они, конечно, не ваши, они, конечно, не либеральные, никто не будет трудиться за нас, они заботятся о себе. Но как раз потому, что они заботятся о себе, они вынуждены вырабатывать какие-то приличия, правила игры. В данном случае мы имеем образец торжества парламентаризма.

Если Медведев собирается шагать на второй срок, ему надобно или прибирать Чурова как человека Путина и становить своего человека, или ему нужно возрождать честные выборы с риском для себя самого. В любом случае с избирательными комиссиями ему придется что-то делать.

Не бессмысленно же бунтовщики обращаются к президенту как к гаранту Конституции, хотя замечательно знают, что Чуров - мужчина Путина, а не Медведева. Политика - это крайне примитивные, шкурные, клановые интересы. В данном случае проигравшие кланы - и ЛДПР, и "Справедливая Россия", и коммунисты, не говоря уже про всяких демократов, - все они заинтересованы в том, чтобы работала честная организация подсчета голосов. И тут они едины с президентом: если он хочет одолеть путь на второй срок, ему воспрещено допустить, чтобы голоса считала путинская команда.

Я думаю, что мы понемножку приближаемся к политическому кризису, и ничего в этом в особенности хорошего нет, потому что что он может кончиться стрельбой - пацаны больно крутые, но это неизбежно. Механизм, называемый выборами, это политический конфликт, который регулируется некоторым законом. Да, там могут быть какие-то нарушения, какие-то фальсификации, когда они не превышают какого-то уровня, элитные группы готовы их проглотить. Как только они какой-то порядок превышают, становится ясно, что агрегат не работает, и элитная конкуренция выплескивается за рамки правового поля. И решается это или ночным вывозом опасных людей с последующим их расстрелом, как в сталинские времена, или возвратом и починкой института честных выборов. Проблема в том, что возможна попытка силового сохранения себя во власти тех, кто эту власть боится потерять. Если она не состоится, понемногу под общим давлением придется определить порядочного человека (или вообще порядочных людей) в ЦИК и все инициировать заново. Это и есть демократия. Она оттого что появляется не оттого, что нам шибко шибко хочется, а оттого, что крупные элитные товарищи по-другому товарищ с другом не могут договориться.

Николай Петров, член научного совета Московского центра Карнеги:

Последние выборы показали, что кризис не затронул что ни на есть низ, граждане не считают себя весьма пострадавшими и не испытывают особенно негативных чувств по отношению к власти. Если партии в лице их фракций в Государственной думе за себя не постоят, то им особенно планировать не на что. Последние выборы довели партии до той точки, когда им надо что-то предпринимать, а полагать на какой-то общественный всенародный протест, на выплеск недовольства граждан им не приходится, оттого они выбирают те способы, которые им в текущий момент доступны. Я думаю, что этот демарш целиком осмысленный и он должен оказать какое-то влияние на "Единую Россию".

Обращение к Медведеву - это некая обязательная часть, он президент, к нему логично обращаться, тем более что он все время демонстрирует родное возделение и подготовленность вкалывать с самыми разными партиями. И это также иллюстрация того, что в нашей политической системе даже партии, представленные в парламенте, не имеют возможности делать независимо и чего-то добиваться, а должны апеллировать к президенту и рассчитывать на то, что власть вмешается и наведет какой-то порядок.

Мне кажется, что точка зрения Кремля и "Единой России" на последних выборах - это ошибка, и ошибка, связанная, по-видимому, с тем, что Кремлю кажется, что кризис уже прошел или без малого прошел и что те незначительные движения в сторону либерализации выборов, которые мы видели весной, уже вовсе не нужны.

Евгений Киселев, журналист:

Есть такое хорошее русское выражение: за что боролись, на то и напоролись. Рано или поздненько что-то подобное должно было случиться. Давайте не будем забывать, что и зюгановская компартия, и жириновская ЛДПР - ручные партии, которые заседают в Государственной думе только благодаря тому, что принимают правила игры. А уж "Справедливая Россия", так это вообще кремлевская креатура. Тем не менее, в истории России были случаи, когда бунт (в широком смысле слова) поднимали политические силы, вчера еще стопроцентно лояльные правящему режиму и игравшие жестко по правилам. И горбачевская перестройка, и ельцинский бунт, и хрущевский отчет к двадцатому съезду, и февральская революция - все эти события в нашей стране делались руками людей, которые были частью системы.

Я не хочу сказать, что теперешний демарш приведет к каким-то титаническим изменениям в политической системе страны, скорее нет, чем да. Но есть понятие "усталость материала". Можно бесконечное цифра раз сгибать и разгибать казалось бы упругую металлическую пластину, но в какой-то момент она нежданно ломается. Так же и в нашей российской политической жизни - можно измываться над элементарным здравым смыслом, над цивилизованным представлением о демократии пять, десять, сто тысяч раз, но наступает сто тысяч первый, когда даже самые лояльные перестают терпеть. В истории с выборами в Мосгордуму довольно глянуть на данные exit polls и сравнить их с официальными результатами голосования. По exit polls, расклад и по "Справедливой России", и по другим партиям совсем другой. И это не какие-то зловредные правозащитники или неправительственные организации, которые, выражаясь терминологией нашего любимого премьер-министра, "шакалят у иностранных посольств", выдумали, это опубликовали те же прикормленные Кремлем социологи, которые снизу вверх власти в глаза заглядывают и с руки у нее кормятся.

Для меня было очевидно, что эта вертикаль, которую десять лет строили, до срока или поздно сломается: бывают конструкции, которые не выдерживают испытания временем. Я не хочу сказать, что произошедшее это бомба, но нельзя выстраивать все выше и выше, вертикальнее и вертикальнее - зашатается и обломится. Горизонтальные конструкции гораздо устойчивее и прочнее.

Если этот демарш и был срежиссирован кем-то, то не от хорошей жизни. Строили-строили и зашли в тупик, из которого надо как-то выбираться, может быть, такими экстравагантными способами. Если бы все было нормально, кремлевские и белодомовские пацаны продолжали бы жить, как жили.

Keywords: