Демарш несогласных

Лидеры трех фракций, составляющие меньшинство в Государственной думе, покинули зал заседаний. Но скоро вернулись. Что же стоит за этим бунтом трех без малого ручных оппозиционных партий?
Ну вот он и закончился - тот самый внезапный и, казалось, обнадеживающий демарш меньшинства в Госдуме. Коммунисты публично поклялись, что бастовать собираются до встречи с Дмитрием Медведевым. Но 21 октября вернулись в зал заседаний, обосновав этот отказ от своей принципиальной позиции необходимостью поучаствовать в обсуждении федерального бюджета.
Завтра, 23 октября, они верно так же придут в зал заседаний, обосновав это необходимостью стребовать отставки шефа Центризбиркома Владимира Чурова. Потом, в субботу, коммунисты увидятся с президентом и уже с чистой совестью смогут сказать, что своего добились: Медведев их выслушал. И пускай они убеждают всех, что на самом деле не смирились с тем, как верх вывернула им руки на региональных выборах, - парламентская фаза их противостояния с партией власти закончена.
Другие участники исхода из думского зала, тот, что случился 14 октября, - жириновцы и члены фракции «Справедливая Россия» - вернулись на заседания ещё раньше. Конечно, у всех трех фракций были разные резоны и для того, чтобы вылезти из зала, и для того, чтобы возвратиться обратно. Стоит в этих резонах понять - хотя бы для того, чтобы понять, какие проявления открытой политики возможны в текущее время в нашей стране. И еще стоит осмыслить в том, какое касательство все эти думские «демарши несогласных» имеют к российским избирателям. А если точнее - каковы для нас с вами могут быть последствия громких хлопаний дверями в Госдуме.
В кулуарах российского парламента ходят упорные слухи, что Владимиру Жириновскому дебош заказали. С чего бы? Он оттого что должен быть благодарен единороссам, которые еще думских выборах 2007 года могли покинуть его за бортом. Вот прямо как в текущий момент в Мосгордуме: посчитали бы голоса по-своему, по-единороссовски, и стал бы свой орел «бывшим депутатом».
Разумеется, ЛДПР оставили не из соображений высшего гуманизма. Просто кто-то должен был противостоять коммунистам - не самим же заниматься этой грязной работой. Так нехай с «красными» на заседаниях Думы бодаются «коричневые». Идиллия продолжалась до тех пор, покуда кресло президента не занял Дмитрий Медведев. Тут жириновцев как подменили - они как снег на голову направили жало принципиальной критики супротив самих единороссов.
Многие посчитали, что главного либерального демократа всея Руси науськал на думского спикера не кто иной, как кремлевский партстроитель Владислав Сурков: Борис Грызлов перестал ему нравиться, ибо перестал слушаться. Скорее всего, Борису Грызлову несложно отказал навык царедворца. Но справедливости с целью скажем, не дать маху было сложно: с одной стороны, команды отдает влиятельный первостепеннный замруководителя Администрации президента, с прочий - лично вождь партии и вместе с тем премьер-министр.
Поговаривают, Сурков легко переиграл Грызлова в борьбе за влияние. Якобы председатель партии власти посчитал, что уже довольно поднаторел в избирательных кампаниях и полностью в состоянии сладить без помощи вельможи из администрации президента. Ведь в случае успеха все лавры достанутся лично ему, без всякой дележки. И Сурков не стал ему мешать.
Теперь уже все знают, что счастливый момент на региональных выборах 11 октября у «Единой России» был без затей оглушительным - об окончании эры демократии объявила не только мировая, но более того зажатая в тиски российская пресса. Рычаг административного ресурса, повернутый до упора спикером парламента, жалобно скрежетнул и остановился. Дело получило огласку, сведения о чрезмерном усердии партии власти дошли до самого верха. Оправдываясь, Борис Грызлов выглядел как побитый, обиженно надувал губы и даже дрожал голосом, когда приравнивал думскую оппозицию к наймитам проклятой заграницы.
Сейчас, ретроспективно, злосчастный председатель Госдумы, конечно, понял, сколь ошибок он совершил, стараясь занять местоположение в свите у трона. И главная из них - это, конечно, попытка переиграть настолько искусного интригана, как Владислав Сурков. Этот воин ошибок не прощает.
В итоге в эти дни Борис Грызлов остался единственный на один со своими проблемами. Наверное, всем в России понятно, что проигравшие - это никакая не оппозиция, а совершенно ручные партии. Каждая из них по отдельности вес имеет небольшой. Но совместно они - целиком реальная политическая сила, способная достичь хоть и мелких, но вполне реальных закулисных целей.
Конечно, у Жириновского был резон громко ухнуть дверью - неплохо известно, что место народного избранника от ЛДПР стоит больших денег. Получилось, люди потратились, а их прокатили. Нехорошо вышло. Так что возмущение либеральных демократов было вполне искренним и материально обоснованным.
Коммунисты же 14 октября из зала отправляться не собирались. Но если подвернулся эдакий случай, а гнев масс силен и оправдан, то отчего бы им не воспользоваться? КПРФ, так же как и Жириновскому, надоел диктат «Единой России». Заодно Геннадий Зюганов и его соратники решили попробовать на прочность Дмитрия Медведева - пойдет ли тот на реализацию всех тех демократических постулатов, которые он изложил в своей статье «Россия, вперед!». А если пойдет, то отменит ли свои поздравления единороссов с победой, допустит ли настоящее следствие беспредела, устроенного чиновниками на выборах? То есть они, конечно, понимали, что вряд ли, но попробовать-то стоило…
Со «Справедливой Россией» сложнее всего. В этой партии, набранной с бору по сосенке, есть люди, воистину желающие известия честную политическую борьбу и беспокоящиеся о демократических правах граждан. Но «Справедливая Россия» вышла из зала не из-за выборов, а потому, что ключевым персонам из этой фракции 14 октября в начале заседания не дали высказаться. Именно потому вице-спикер Думы от «эсеров» Александр Бабаков уже 15 января утром поспешил заявить, что на ближайшем же пленарном заседании его коллеги вернутся в зал, - руководство «Справедливой России» серьезно испугалось, что их партию зачислят в настоящую оппозицию.
У президента сегодня и отнюдь положение тяжелое: ему либо нужно признавать, что все, что он написал и наговорил о свободе, которая лучше, чем несвобода, было сказано для красного словца, либо хотя бы частично воплощать сказанное в жизнь. Второе будет обозначать прямое столкновение с премьер-министром - лидером всей властной вертикали, ее отцом и гарантом. Возможно, оттого до сих пор глава государства никак не прокомментировал главное политическое событие последнего времени - одним духом закончившийся, но от этого не менее ослепительный демарш трех фракций в Госдуме.

Keywords: