Контролируемая латвийским русскоязычным олигархом газета Latvijas av 299;ze опубликовала русофобскую и антисемитскую статью

В Latvijas avīze (LA) вышла статья Эгилса Лицитиса "Почему русские не хотят именоваться русскими", насквозь пропитанная русофобией и антисемитизмом. LA является самой тиражной газетой Латвии и популярна преимущественно посреди сельского населения страны. Ее зачастую выписывают по одной на хутор и читают всей семьей. Именно оттого ее постоянные направленные супротив проживающих в Латвии нацменьшинств статьи, образчиком которых является и тот самый "шедевр", вносят свою весомую лепту в разжигание и подогревание русофобии в Латвии.

Отметим, что LA в подлинный миг контролируется спонсором "Центра согласия" (ЦС) вентспилским олигархом Олегом Степановым. Что не удивительно. Ведь в то же время с помощью ЦС он финансирует и такие правые латвийские националистические партии как "Новое время" и "Гражданский союз". Приводим контент статьи Эгилса Лицитиса полностью:

"Когда я был молодым журналистом, в советские годы было запрещено русских публично величать русскими. Казалось бы, что тут плохого, если одну нацию прозвать так, как их как правило все называют, но нет. В прессе писали: в мероприятии принимали участие представители братских республик - азербайджанцы, казахи, литовцы, туркмены, до этого все идет гладко и внезапно откель ни возьмись "люди русской национальности". Или как самое малое "русские люди". Внутреннему цензору, тот, что сидел внутри журналиста, следовало безотложно же вычеркнуть словечко "русский", но если этот этический страж спал на своем посту, то вычеркивал за него редактор. В чем была сущность запрета? - поинтересуются у меня молодые, живущие в открытом обществе читатели.

Итак, все это было потому, что промаршировавшие по территории Латвии позже оккупации 1940 года солдаты Красной армии неизбежно ассоциировались с "русскими". Позднее это произошло и с напрудившими с целью русификации "республики" приезжими, которые основательно разбавили основную нацию. Русский язык в качестве официального насаждали в учреждениях, за исключением Министерства леса, он заполонил Ригу и случалось так, что два лизоблюда-латыша межу собой разговаривали по-русски. Если обозревать с высоты сегодняшнего дня, латыши в те времена были "русофобами", озлобленно настроенными против приехавшей массы с Востока, а слово "русский" вымарывалось с газетных страниц, так как при его упоминании возникал не образ дружественного старшего брата, а вовсе не дружественный, хмурый контур врага. Конечно, никто особенно не задумывался, что кроется за официозными обозначениями. Например, национальные партизаны получили клише "фашистские прихвостни", а израильские военно-воздушные силы называли "израильскими стервятниками".

Сегодня в Латвии русских разрешено вольно звать русскими, только в настоящее время биологические часы сменились и они сами не излишне с удовольствием отзываются на это слово. Возможно потому, что в политической борьбе интересы русскоязычных в большинстве своем "защищают" советски настроенные евреи. Живущие рядом с нами часто свою идентичность прячут за словами "другие национальности", "русскоязычные" и более того "латвийцы". Раньше они называли себя "меньшинством", но после этого того как головы подняли представители сексуальных меньшинств, это уже не уж очень славно звучит. Только когда Европе надобно вступится за страдающих или пожаловаться Москве на "давление", тогда снова вспоминается термин "меньшинство", который в больших городах не так уж и отвечает действительности.

Странным образом современные цензоры, охватывая председателя Сейма, запретили применять видно по истрепавшееся со времен возвращения независимости слово "оккупант". Возможно, чтобы не дразнить Москву.

А может потому, чтобы у людей русской национальности не набегали слезы на глаза из-за несправедливых обвинений. Ученые Сейма оттого что уже выяснили, оккупанты в Латвии уже не живут. Ну неужели что сохранился какой экземпляр, которого позволительно повстречать только на охраняемой территории у Памятника свободы 9 мая и тут же вписать в Красную книгу. Мы никому не будем совершать анализы крови, исследования ДНК и тесты на отцовство. Это все монолитное гражданское - естественное и натурализовавшееся - среда и присоединившееся к нему лояльные налогоплательщики неграждане.

Когда из словаря исчезнут статья за статьей, быстро уже кто-то нечаянно удивится: отчего в Латвии продолжают гутарить об оккупации 1940 года, если тут уже нет ни оккупантов, ни колонизаторов, ни эмигрантов. Есть только большое цифра граждан (!), которые нападение и насилие квалифицируют как "дружественную экспедицию со стороны СССР" и "освобождение от нахлебников" и так дальше в советском же духе. И тогда? Башня исторической реальности извернется вкривь и вкось?

Разве не лучше латышам не высовываться со своими придуманными теориями об оккупации и беречь их на дальней полке, где они с годами покроются толстым слоем пыли. Необдуманно кидаться не нравящимися "иностранцам" словам и показывать неприличные жесты, тем самым портя "политический информационный фон" и профукивая миллионы, которые не возбраняется было бы получить у соседей, "заботливо" учит нескольких оставшихся неполиткоректными латышей "итеровец" Юрис Савицкис. Но чего мы реально хотим? Колбасу или вечно стройную башню?"

Keywords: