Общественная палата обсудила дело Вали Перовой

Расследованием боголюбовских событий в Общественной палате (ОП) занимаются две комиссии - Анатолия Кучерены, по контролю за деятельностью правоохранительных органов и реформированию судебно-правовой системы, и Николая Сванидзе, по межнациональным отношениям и свободе совести. Вчера палата собрала круглый стол, чтобы подытожить уже проделанную работу, пригласив на него представителей Русской православной церкви, православной общественности, прокуратуры и органов образования, членов проверяющих комиссий и журналистов. Впрочем, конкретики в выступлениях участников круглого стола было маловато, в большинстве речей чувствовалась какая-то странная недоговоренность.
Сотрудник управления делами Московской патриархии иеромонах Савва (Тутунов), выполняющий обязанности секретаря сформированной патриархом дознавательной комиссии, сказал, что она приступает ко второму этапу работы, когда ей предстоит увидаться со всеми сторонами инцидента (на первом этапе знакомились с условиями проживания в приюте, которые оказались полностью приличными). Тем не менее, по его же словам, патриарх, взявший следствие под свой контроль, уже одобрил разработку перечня рекомендаций, каким образом служба приюта должна быть скорректирована.Представители прокуратуры, сообщив, что доследственная ревизия фактов продлена до 19 октября, поделились с присутствующими только парой свидетельств: дети не подтверждают факт затвора, а учителя школы, где девочки сдавали экзамены, заверяют, что Валя была здоровая, веселая, недурственно успевала по всем предметам - какие уж тут хлеб и вода? Забыв, кажется, о том, что учащиеся экстерном дети появляются в школе в лучшем случае раз в четверть, а в другое час их там не видят.
Некоторые вообще выбрали высказаться лишь в закрытой части заседания. Осторожность представителей церкви отчасти вызвана тем, что они опасаются, как бы дебош не ударил по всей системе церковных приютов. «В разных регионах местными властями в настоящий момент будут инициированы проверки, - не исключает ответственный редактор «Церковного вестника» Сергей Чапнин. - А славно известно, что формальных поводов для закрытия приютов множество: скажем, стоит не три раковины, а две; игровая светлица не отделена от спальни; нет спортивного зала и т.д. Поэтому весьма значимо сегодня обратиться к различным государственным структурам с просьбой быть аккуратными. В каждый епархии есть образцово-показательные приюты. Но, в общем-то, держава живет в нищете, потому приюты существуют трудно. Очень существенно сейчас, чтобы на этой волне страна не отнеслось к церковным приютам как к чему-то, от чего лучше избавиться, чтобы не было лишних скандалов».
Но это лишь одна край вопроса. Другая - неизбежные имиджевые потери, которых церкви хотелось бы избежать. Поэтому представители патриархии предпочитали гутарить «об одном письме», «одном свидетельстве», да и то покуда не проверенном, хотя в прессе фигурирует как самое меньшее четыре похожих случая (и все связаны с Боголюбово), а зампредседателя Союза православных граждан Виктор Милитарев насчитал целых восемь.Еще дальше в борьбе за «чистоту риз» пошли некоторые православные активисты - как ни удивительно, из Всероссийского сообщества многодетных и приемных семей «МНОГО ДЕТОК – ХОРОШО!». Любящая деток председатель Совета сообщества Татьяна Боровикова радикально заявила, что послание Вали Перовой - фальсификация, и во всем повинны СМИ, спровоцировавшие кампанию с целью дискредитировать Православную церковь. С Валей многодетная мама, как она сама призналась, не встречалась и не разговаривала, но в монастыре была и совсем уверена: если что, дети бы ей во что бы то ни стало рассказали. Еще неопровержимее был довод лидера Объединенной православной молодежи Москвы Михаила Налимова, тот, что все обвинения в адрес монастыря считает оговором: «Мы приехали в монастырь семьями, и у нас более того возникло возделение вернуть туда своих детей».
За журналистов вступилась член ОП Алла Гербер, которая предложила покинуть нападки в привычном в советском стиле - «тут и заказ, и фальсификация, и иностранные деньги», - а смирно калякать о конкретном деле, не навешивая тут же политического клейма. «Если вы считаете, что журналисты виноваты и это заказ, то подавайте в суд на клевету, а не произносите общие фразы».
Больше всех «о деле» говорил Олег Зыков, член ОП и президент фонда «НАН», в чьем приюте находится в текущий момент Валя Перова. Он считает, что обстановка дает вероятность переосмыслить статус детей, которые живут в монастыре: «Монастырь - не офшорная зона, работа с детьми должна укладываться в нормы, наличествующие в государстве. А дети по сути дела жили на нелегальном положении, что отрезало им пути к дальнейшему самостоятельному существованию. Приют в Боголюбском монастыре не оформлен официально, детей воспитывают монахини, тогда как воспитанием должны заниматься светские педагоги. Меня интересует образ органов опеки во всем этом деле. Нельзя изымать церковные приюты из правового пространства. Я заинтересован в оптимальном решении судьбы детей, оказавшихся в поле моего зрения. А с деятельностью опеки должна понять прокуратура».
С руководителями монастыря, в первую очередность с его духовником о. Петром (Кучером), призвал осмыслить зампредседателя Союза православных граждан Виктор Милитарев (правда, уже не в зале заседания, а в кулуарах). «Я шибко не хочу, чтобы он ушел от наказания, - сказал он. - Вопрос не в том, что он опричник, недруг ИНН и т.д., вопросительный мотив в том, что его мировоззрение, его постижение православия, его пастырские методы, это версия православного салафизма, чтоб не проронить ваххабизма. Он публично проклинает каждую девушку, уходящую из монастыря. Я настаиваю на расследовании всех вопросов, касающихся не только Валентины Перовой и ни капельки не только приюта, но и вообще деятельности монастыря под руководством отца Петра. То, что детей там наказывали физически, довольно для лишения сана всех, кто к этому причастен, а может быть, и отлучения на длительные сроки».
Но тот самый вопрос на круглом столе и не обсуждался. Общественная палата никоим образом не собиралась вмешиваться во внутрицерковные дела. «Абсолютно убежден, - прокомментировал позицию общественных комиссий Николай Сванидзе, - у Святейшего патриарха хватит мудрости и опыта постановить проблемы, связанные с Боголюбским монастырем - если не мешать ему это делать. Поэтому мы и старались не мешать. На мой взгляд, этот стезя был наиболее эффективным. Наша проблема была в том, чтобы сконцентрироваться на судьбе конкретной девочки. И мы получили гарантии, что девочку не тронут, что девчурка будет жить, как она хочет жить, ее будут защищать, а ситуация в Боголюбском монастыре будет взята под достаточно твердый контроль».Однако законодателям следует изготовить выводы из этой истории: до тех пор, в то время как не будет выработан юридический статус церковных приютов, до тех пор, пока они будут находиться фактически за пределами правового поля, они так и останутся офшорной зоной с особым режимом. Их межеумочное положение будет постоянно провоцировать одних - государственные органы - на халатность, а других - представителей церкви - на вседозволенность.

Keywords: